|
Как часто хочется обратиться к взрослым:"Люди, давайте побудем какое-то время детьми!" Но, увы, это невозможно. Невозможно потому, что душа взрослого более или менее хорошо организована. Взрослый умеет обуздывать свои инстинкты, управлять противоречивыми чувствами, примирять непримиримое. Отношения взрослого с внешним миром тоже упорядочены. У каждого взрослого есть своя домашняя картина мира, в которой он легко ориентируется. Граница между миром материальным и миром идеальным у взрослого здорового человека выстроена крепко.
А у ребенка в душе хаос. Его разрывает на части любовь и ненависть, страх и жажда подвигов. Окружающий мир для него - это лес, наполненный злыми и добрыми духами, волками, лешими и жар-птицами. Самое страшное, что всю эту гамму чувств ребенок испытывает одновременно. Во всем этом хаосе требуется навести порядок. И тут на помощь приходит сказка. Теперь можно каждый отдельный страх, каждого маленького волка, сидящего в твоей душе, отобразить, представить себе в виде подходящего сказочного персонажа. Теперь можно увидеть эти непонятные, неуловимые движения своей души в конкретных, зримых сказочных образах, проследить за их столкновением, понять их назначение. Тогда они становятся привычными, прирученными, можно попробовать их одомашнить и ими управлять. Ребенок, хорошо владеющий атрибутами сказочного мира, начинает сам сочинять сказки, ставя нужных ему персонажей в самые невероятные, только что придуманные ситуации. То, что волнует ребенка в данный момент, он может проиграть в сказочном мире, освоив стоящую перед ним проблему.
На самом деле часто и взрослые используют подобный метод для наведения порядка в своей душе. Как часто, разговаривая со своим близким другом или подругой, мы выговариваемся. Важнее всего для нас сам процесс рассказывания, то есть извлечения чего-то скрытного и тайного из темноты на свет. Вынужденные вербализовать то аморфное, изменчивое, что нас сейчас беспокоит, мы по необходимости придаем этому порядок.
Ребенок лишен такой возможности. Его интеллект еще очень слаб, он не готов еще обсуждать, он может только играть. Играть с тем, что творится у него внутри.
Сказочный мир замечательно приспособлен для таких игр. Во-первых, в нем нет никакой достоевщины - каждый персонаж окрашен одним цветом. Он либо хороший, либо плохой, нет никаких оттенков, сложных чувств, сочетания низкого и великого одновременно. Это и понятно: для того чтобы наклеивать свои и так запутанные чувства на сказочных героев, сами эти герои должны быть просты - или абсолютное добро, или абсолютное зло. В сказках все зримо и конкретно, сказочные герои не испытывают чувств, они их выражают своими действиями и поступками. Если человеку страшно, он бежит, если ему горько, он плачет. Чувство защищенности, тепла и сытости - это дом. Чувство покинутости, бессилия, страха - это лес. Трансформация личности героя представляется в виде смерти и второго рождения, появления из чрева животного, возрождения с помощью капель живой воды, очищения в котлах с кипящим молоком и так далее.
Еще один важный прием - это превращения. Прием, позволяющий ребенку освоить противоречивые чувства, которые он испытывает одновременно к своей маме или к своему отцу. Если ты ощущаешь отца как своего соперника в борьбе за любовь матери, естественно испытывать к нему ненависть и желание его уничтожить. Однако осознать такую ненависть по отношению к родному отцу очень страшно, поскольку ты понимаешь, что твой отец - это твоя защита и опора. Разобраться в этом раздвоении личности, мучительном для ребенка, помогают раздвоенные сказочные персонажи. Отец и дракон, мать и мачеха и т.д.
|
